GAME BOY: ЛЮБОВЬ БЕЗ РАМОК И ГРАНИЦ
Исповедь Астраханского геймера


У каждого геймера есть неподражаемая история знакомства с видеоиграми. У кого-то она скучная: «…поиграл в детстве, повзрослел, женился, выбросил к чёрту все эти приставки, картриджи, прочее…»; у кого-то интереснее, с продолжением: «…когда у нас родился ребёнок и ему исполнилось пять, я взял ему велосипед и старенький портативный Game Boy…»; ну и есть истории, когда пользователь превращался в настоящего матёрого волка. Такие обычно живут видеоиграми: на них зарабатывают, коллекционируют, делают обзоры, ведут в интернете группы по интересам, блоги, где пишут увлекательные статьи. Из них по крупицам собирается история видеоигр глазами, руками и воспоминаниями обычных людей. А что может быть ближе и понятнее, чем исповедь точно такого же геймера, простого, из народа? Мне кажется, все эти Ютуб-блоги любителей с желанием научить чему-то на собственных ошибках на фоне лживой телевизионной мешанины потрясающе правдивы и этим подкупают каждого второго, кто вхож в паучью сеть интернета.

Но вернёмся к историям. Как вы уже догадались, у меня как раз такая припрятана. Она долгое время таилась в тёмных подвалах сознания. И сегодня я решил явить её миру…

Моё увлечение видеоиграми началось в 12 лет. В Астрахани на тот период первой половины 90-ых годов было весьма неспокойно: бандитские разборки, различные финансовые махинации, кражи, битвы в подворотнях стенка на стенку… – всё это лишь малая толика того, что захлестнуло наш городок, вместе со всей необъятной страной. Закончив начальных три класса, я, с оглядкой на суровые времена, вступил на тропу нудной зубрёжки и скучных лекций четвёртого и пятого года обучения. Как и многие одноклассники, увлекался всем понемногу, но особенно – видеоиграми. Своей телевизионной приставки, увы, не имел, как впрочем, и сбережений, активно вливаемых товарищами в долгие часы в игры в тематических клубах или игровых зонах, расползавшихся по городу, как грибы после дождя. Я просто смотрел, как играют другие, а потом фантазировал, представляя, что и у меня есть «такая же крутая штука», как видеоигровая приставка.

Однажды отец привёл меня к своему другу-программисту, у него имелся древний IBM с операционной системой DOS, представлявшей, если грубо, экран с несколькими колонками непонятных слов на английском. Он обучил меня элементарным правилам пользования компьютером и показал несколько игр, которые буквально приковали к экрану. Если не ошибаюсь, этими играми являлись танчики и вертолёты.

Но в душу запали отнюдь не они, а неказистый, но жутко увлекательный платформер под названием «Cat», где предлагалось играть за кота по имени Freddy. Чёрный котяра управлялся четырьмя кнопками в правом нижнем углу клавиатуры, что было неудобно. Кот падал с бельевых верёвок и появлялся во дворе, где его подстерегала злобная псина с зубами, как у Тиранозавра. Тем не менее, через час или два я худо – бедно наловчился ловить хитрых мышей, проникал в квартиры и там сражался с её обитателями. И всё это для завоевания сердца возлюбленной кошки по имени Felicia. Тоесть финал у игры имелся, в отличие от остальных игр, к которым я быстро потерял интерес. Но как я не старался, добиться расположения кошки никак не получалось. Кстати – сделаю небольшое отступление – в марте прошлого года вышел ремейк – уже оцветнённый, со всякими приятными дополнениями. Назывался он «Alley Cat Remeow Edition». Любопытно, что оригинал разработатывлся Bill Williams, а издала его компания Synapse Softwares на Atari 8bit в 1983 году и на MS-DOS, в 1984 году, соответственно. То есть игра выходила ещё до моего рождения, но уже имела колоссальный успех – об этом меня заверил бородатый программист в смешных похожих на линзы очках.

После продолжительных посиделок я с радостью вырвался на свободу. Улица манила меня. Особенно в 90-ые… Мы бегали во дворах, бросали перочинные ножички, кромсали ими глину, рисуя танчики, машинки, солдатиков, играя в войнушку. А когда надоедало – в прятки или в сифу. Во дворе 49 школы на огромной заасфальтированной площадке создавались целые миры из популярных игр Контра, Супер Марио и Боевых Жаб. Увлечённые новыми игрищами ребята приходили из соседних районов, чтобы увидеть, чем мы занимались под палящим солнцем дружной компанией из трёх – четырёх подростков.

– А у вас што? Типа игра? – спросил как-то раз с показным равнодушием высокий худой подросток в шортах с многочисленными заплатками. Отбросив в сторону палку, он склонился над детально прорисованной принцессой, оберегаемой черепахой.
– Да, игра, – ответил я, нисколько не смущённый появлением трёх мальчишек.
– А она как называется? – спросил другой мальчуган, рыжий, не в меру упитанный и конопатый. Таких раньше постоянно дразнили.
– «Приключения Марио» – такая бродилка вышла на телевизионной 8-и битной приставке. По ней я и нарисовал игру. Правда, она немного затёрлась. Некоторые места совсем блеклые, даже и не знаю, что с ними делать...
– А мы поможем, так пацаны? – завёлся последний мальчишка из троицы. – Погнали, пока родаки во дворе крестят слона с ёжиком! – что означало, видимо знакомство огромной полукровки-овчарки с породистой Лайлой, хозяйкой которого, я знал, была мать пацана.
Ребята засуетились вокруг ярких цветных изображений.

– Шкет, где мел взял? – спросил осторожно «рыжий» у моего смущённого друга Андрея, косясь при этом на меня – я выглядел старше примерно года на три или четыре.
– Не лезь к нему, не видишь, он – царь горы, – распорядился парень в разодранных шортах, имея в виду, наверное, нахождение рядом меня – автора новой забавы, что прибавляло Андрею авторитета, и позволяло пользоваться этим преимуществом подобно ценному артефакту.

Игра про водопроводчика Марио представляла себя в разы увеличенные миры с черепахами, трубами, грибочками и прочими детализировано прорисованными мелочами, базировавшихся на полоске земли, по которой игроку предлагалось передвигаться. На врагах необходимо было прыгать по нескольку раз. В трубы, ведущие в подземелья с монетками разрешалось пробираться только при наличии секретных ключей – до них ещё предстояло допрыгнуть. Ребятам с длинными ногами везло – они с лёгкостью собирали все бонусы и перепрыгивали пропасти, а вот малышня, что к нам прибивалась из соседних окраин, вечно, что называется, буксовала.

– Не…Ну вы и сложности тут развели – фиг пройдёшь! – сокрушался рыжий, потратив все три продолжения при неудачных попытках и вернувшись в начало. – А это что за игра? – он указал на туннель, по которому каждому игроку предлагалось катнуть бейсбольный мячик и, пока он катился, пробежать по «трубе» до округлого завершения. Там необходимо было успеть взять мячик в руки, пока он не пересёк очерченную границу круга и уже бросать мяч в соседние круги и при этом прыгать без заступов за мячом. Сложность постепенно росла – круги удалялись, и мячик ловился с трудом, но тех, кто доходил до финала, ждал босс с кружками – слабыми местами упитанного чуда-юда. По ним приходилось прицельно «бомбить» мячом, не сходя с контрольной зоны сохранения, так же очерченной мелом.

Всего в таких играх имелось до восьми – десяти уровней. Не умещаясь на школьном дворе, они выходили в соседние. Со стороны выглядело это комично – мы как заправские лягушки из Battletoads прыгали, не щадя сандалий и отбиваемых ног. Но стоило к нам подойти, мы быстро посвящали сторонних наблюдателей в наши затеи и армия поклонников попрыгать с мячом или без него увеличивалась не по дням, а по часам.

Тем временем на рынках Большие Исады и на Кировском – два основных источника видеоигрового стаффа, прилавки ломились от картриджей с броскими этикетками, с героями крутых боевиков или известными мультгероями. Глаза так и прикипали к картинкам, мы тащили родителей за руки, за ноги к местам дислокации вожделенных покупок, умоляя купить рекламируемую Dendy, но у родителей часто не хватало на сие излишество денег и мы ходили к редким обладателям телевизионных приставок домой, как правило, уставшие после прыганий.

Там же слушали запрещённые родителями группы вроде Сектор Газа, смаковали жвачки с наклейками в виде развратных девиц, Терминаторов, Робокопов и прочих западных super hero, играли в карты на щелбаны. Почти все мои знакомые пробовали играть на акустических гитарах, но только двое из них не побоялись мозолить пальцы и превратились в настоящих гитарных виртуозов. Басни о том, что молодёжь тогда попивала вино, ругалась матом и совершала под заборами непотребства – не более чем пропаганда современных писателей. Всё было не так. Дружнее, веселее, чище, если хотите. У каждого подростка имелась масса увлечений, почти каждый занимался спортом. Я вот, к примеру, любил бегать, тренируя ноги для очередного витка живых игр на школьном дворе. Со мною вместе разрабатывал ноги всё тот же Андрей – с ним крепко связано всё моё детство.

В 1995 – ом мне купили видеоигровую приставку «Кенга» – она являлась аналогом Dendy, но картриджи на ней поддерживались далеко не все. Пытаясь разобраться, почему так происходит, я обратился к продавцам фирменных магазинов Dendy, располагавшихся, как помню, в угловом магазине на улице Ленина и в центральном универмаге. Все они уверяли, что я взял не настоящую приставку и, дескать, моя «Кенга» долго не проживёт. Загрустив, я проникся рекламой портативной приставки Game Boy, которая, как заверяли в ролике, выпускалась только в Японии. С тех пор я всё свободное время коротал в этих магазинах, добираясь до них на своих двоих – а это почти час ходьбы. Глазел на прилавки и тех счастливчиков, кому доставалась фирменная Dendy или красавец – Game Boy. Реклама делала своё дело – почти лишённые разума, мы неразлучной компанией прыгунов отирали прилавки магазинов, кто-то (уже не из наших) даже подворовывал или выменивал приставки и игры у тех, кто успел ими насытиться и приобретал что-то посерьёзнее. К сожалению, таких знакомцев у меня не имелось, и я рассчитывал только на чудо.

И оно – то есть чудо – произошло через каких-то два года. В четырнадцать лет моя бабушка решила купить мне обувку, как раз в угловом магазине на улице Ленина – там торговали всем понемногу. Dendy занимала крохотную территорию. Выбор игр для той портативной консоли был невелик: шахматы, драки, несколько аркад, тетрис и затейливая Water World. Естественно я принялся склонять бабушку к покупке портативного чуда, надеясь, что с его приобретением родители мне не будут диктовать, сколько играть, где и в какие игрушки.

– Ба… ну купи…
– Ещё чего! 320 рублей стоит твоя забава…А игры? 180 рублёв, – она указала пальцем на Water World – самую дорогую и как выяснилось позже, интересную игру из представленных.

Но я не сдавался и бабушка, помявшись и повздыхав, всё же купила «забаву», в которую я по началу играл чуть ли не по шесть часов ежедневно. Картридж был только один, зарядного устройства не имелось и это – только цветочки! Пиратских игр для портативок тогда ещё к нам не привозили – на них отсутствовал спрос, зато игр на Dendy и Seg´у, что заполонили всю Астрахань, имелось в избытке. И стоили они раз в пять дешевле. Мне приходилось собирать на даче сливу, везти её на велосипеде на рынок и продавать. Так же я приторговывал цветами с бабушкой у ворот кладбища.

Старые, изъеденные ржавчиной, они встречали и провожали неспешно идущих людей. В основном, конечно же, преклонного возраста. Их скорбные лица отличались сосредоточенностью. Будто они отбросили от себя всё лишнее. Добрались до сути.

Я робко сжимал в руках букет и неизменно краснел, если у меня спрашивали цену. Бабушка обычно сидела рядом со мной на маленьком табурете и собирала из пышной охапки цветов, завёрнутых во влажную марлю, букеты. Мы часто с ней говорили о моих достижениях в учёбе или о том, кем я хочу стать, когда закончу учиться.
Как-то состоялся такой разговор:

− …нет, бабуля, пожарником я быть не хочу. Может, писателем?
− Писателем? – удивилась бабушка, откладывая на разложенную клеёнку цветы.
− Ну, дедушка ведь раньше, в армии, писал стихи. Ты показывала его тетрадь, которую он сохранил с войны.
− Великой Отечественной… − сказала она задумчиво, хмурясь и, видимо, что-то вспоминая. То, что мне по возрасту знать нежелательно.
− Кем он считался на войне?
Бабушка встрепенулась. Она платком вытерла капли пота, проступившие на лице. В её взгляде появилась тревога. О чём она думала? Что скрывала от шестнадцатилетнего внука?
− Его считали… Обычным орудием войны.
− Это как?
− Даже и не знаю, как и сказать тебе… Знаешь, тебе надо немного подрасти.
− Но я уже взрослый!
− Тогда почитай его дневник, внимательно почитай.

И я, отложив Game Boy, сидя сутками напролёт у раскрытой тетради с потрёпанными страницами, внимательно вглядывался в витиеватый почерк дедушки и старался выяснить, что он скрывал от меня. После журналов о видеоиграх сиё чтение укрепляло во мне желание скорей пойти в армию.

Служба не задалась. Сначала я попал в танковую учебную часть, но в танке побывать не пришлось – высокий рост не позволял! «Да как же тебя в танкисты то взяли?» – удивлялись карлики – сослуживцы. Мне трудно было организовать им сносный ответ. «Взяли, и всё тут…». Вот точно так же переправили в Волгоград, а затем взяли в Чечню. Там кроме близких и родного края я вспоминал и видеоигры – они являли собой частичку тепла и света, а лёжа на враждебной холодной земле под пулями боевиков, хотелось только одного – притронуться, хотя бы мысленно, к тем целебным, врачующим воспоминаниям.

Потому, придя из армии, я сразу же взял себе Game Boy Color, а позже – классический Advance. Картриджи скупал на те деньги, что привёз из горячей точки. Мультяшные игры не жаловал, зато с удовольствием играл в Alone in the Dark или Metal Gear Solid – благо проблем с пиратскими картриджами не возникало. Но пройдя разок color´овский Tomb Raider, я вдруг обнаружил – все сейвы магическим образом испарились! Продавцы разводили руками – мол, везём с Китая, других игр там попросту нет. Побежал к бывшим магазинам Dendy, но на их месте базировались совсем другие лавочки. На рынках картриджами почти не торговали, но через сеть интернет заказать себе что-то оригинальное возможность была. Из журнала «Страна Игр» я узнал о существовании интернет-магазина E-SHOP и через знакомых заказал вторую часть приключений о Ларе Крофт.

Покупка порадовала отличной полиграфией, постером, буклетом и – о чудо – прозрачным картриджем – я не знал тогда, что они такими бывают.
Примерно с тех пор я стал понимать, что из себя представляют пиратки. Кроме плохой полиграфии, качества изготовления платы и пластика, «левые» картриджи имели битые игры. Особенно эта беда распространялась на многоигровки – часть игрушек благополучно зависала в одних и тех же местах, и пройти их не было никакой возможности. Я даже подозреваю, что китайцы их просто обрезали, чтобы запихнуть как можно больше самого интересного в серую коробку с логотипом Nintendo.
В то же время я не знал где и как приобретать поддержанные игры, поэтому обходил всех держателей портативной консоли и скупал или выменивал игры у них. Так полнилась моя библиотека игрушек, которой я очень гордился. К сожалению, фотографией старой коллекции не осталось. Могу поделиться только отдельными фотками новой.

Но постепенно к играм я охладел. Возможно, из-за того, что пиратские картриджи не приносили счастья. Даже появившейся в продаже GBA SP с ярким экраном не впечатлил. К нему, кстати, прилагалась флэкка с кучей залитых игр, но мне это казалось скучным. Исчезли фирменные упаковки, буклеты, постеры и с ними же реклама, ажиотаж и радость от очередной покупки. Просто вставил флэшку или флэшкартридж – он тоже имелся – и все дела! Не все игрушки, как выяснилось, запускались, некоторые сбоили, выдавали искажённый звук или картинку. Но в целом, это было тем, чего мы геймеры ждали: заполучить доступ ко всему и сразу. И вот он доступ – лежит себе на прилавке, и я даже пощупал консоль, поиграл в неё и ничего не почувствовал. Ни – че – го….

Несколько лет все мои Game Boy´и и игры пылились в старенькой обувной коробке. Я иногда открывал её, запускал ту или иную игру и снова погружался в уныние. Возможно, что-то там – в армии сломало меня, вытравило юношеский оптимизм, а может и повзрослел я? Кто знает, что творилось в душе на тот период времени, но репрессивно упаднический взгляд не смогла исправить даже Sony PlayStation. О играх на ПК я и вовсе молчу – всё было не то и не так. И это сподвигло продать за копейки всё, что собиралось на протяжении долгих лет.

Но эпопея с Game Boy´ем на этом не закончилась. Пару лет назад через «Али Экспресс» я заказал клон GBA SP и флэшкартридж, поддавшись неведомому дешевному порыву. Другой альтернативы не видел – обладателей портативок не стало, а приобретать пиратские игры в ЦУМ´е – они только там и продавались, считал неправильным, это как наступать на одни и те же грабли.

Но новый аппарат радовал первые полгода – до того, как я случайно обнаружил в одном торговом центре подлинный GBA SP. На нём и кнопки нажимались лучше и крестовина казалось послушной, да и звук был иным. Флэшкартридж приказал долго жить и я от греха подальше избавился от клона и принялся собирать только фирменные игры от Nintendo. Другие консоли из линейки недавнего юбиляра я тоже не обхожу стороной – в каждой из них есть что-то особое. Иногда приобретаю полнокомплектные игры и радуюсь им, будто ребёнок. Всё-таки есть что-то магическое в этой консоли…

©Максим Жуков, 2019 #neformal_obzor #gameboy #nintendo #ретроигры #ретроспектива_gameboy #исповедь

Сообщение отредактировал Максим Писатель - Понедельник, 23 сентября 2019, 12:58